Власти и бизнес увидели риск банкротства российских угольных компаний из-за роста расходов на фоне санкций. Чтобы этого избежать, «Минэнерго» предложило пересмотреть формулу расчета НДПИ.

Слежу за тем, что происходит вокруг замороженных акций. Всё-таки история трешовая. Представьте: у 5 миллионов россиян заморожено активов на ₽6 трлн…

Грубо говоря, российский ритейл можно разделить на две группы:

Российский интернет-ритейлер Ozon ещё ни разу не показывал прибыль, а работал в убыток. Весной 2022 года руководство компании сообщило о планах исправить ситуацию за 12 месяцев. Даже анонсировали ряд мер, как выйти из убытков.

В Bloomberg вышло интервью с новым главой ОПЕК Хайтамом аль-Гайсом. Он поделился опасениями, что запасы нефти будут падать, а резервные производственные мощности — сокращаться.

У «Тинькофф» есть фонд «Вечный портфель». Банк обещал доходность в среднем 6,6% в долларах и минимальные риски. Покупая кусочки этого фонда, инвестор вкладывался в золото, а также американские акции с облигациями. 

В начале августа Нэнси Пелоси полетела в Тайвань. Китай грозил сбить самолёт с американской чиновницей, что могло стать началом Третьей мировой войны.

С акциями «СПБ Биржи» происходит какое-то безумие. Всего за пару дней они выросли на 83% ($1,44 → $2,64). Давайте разбираться в ситуации)

«Мосбиржа» хотела допустить нерезидентов к акциями РФ с 8 августа. Причём только инвесторов «дружественных» стран, например, Казахстана и Беларуси. 

Чиновники ЕС ввели 7-й пакет санкций. Вот что внутри:

Биткоин подорожал за неделю на 14%, Ethereum — на 28%. Крипта крепчает вслед за фондовым рынком США, который вырос на 5%.

Президент РФ разрешил банкам вводить отрицательные ставки по валютным депозитам. То есть компании будут платить за то, что хранят валюту на вкладах.

На бирже мы можем купить акции «чёрных» металлургов: ММК, «Северсталь» и НЛМК. Они добывают металлы для тяжёлой промышленности, например, сталь и железо.

Большинство российских компаний либо переносят выплаты за 2021-й год, либо вовсе их отменяют. Виной тому кризис и полная неопределённость впереди.

В начале года Илон Маск неожиданно захотел купить Twitter за $44 млрд. В сделке я не видел экономического смысла: соцсеть часто работала в убыток, а по мультипликаторам стоила дорого. Скорее всего, Маску нужен был Twitter, чтобы сделать из него личную медиа-площадку.